Шереметевы стремились сохранить Остафьево для потомков, сознавая мемориальную ценность усадьбы. Для увековечивания памяти выдающихся деятелей русской культуры, связанных с усадьбой, Шереметевы решают установить в парке памятники. 3 июля 1913 г. состоялось торжественное открытие графом Сергеем Дмитриевичем Шереметевым трех памятников, выполненных по проекту архитектора Н.З. Панова. Бронзовый бюст Петра Андреевича Вяземского с лавровой ветвью отлит в петербургской мастерской Гвидо Нелли с гипсового оригинала, выполненного в 1855 г. принцессой Терезией Ольденбургской. Бюст поэта и владельца усадьбы установлен на пьедестале из красного гранита, на боковых гранях которого — строки из стихотворения П.А. Вяземского «Остафьево» (1857 г.). Памятник находится в хорошем состоянии.

Глухая Аркада

Знаток города 27 уровня

Я пью за здоровье не многих, Не многих, но верных друзей, Друзей неуклончиво строгих В соблазнах изменчивых дней. Я пью за здоровье далёких, Далёких, но милых друзей, Друзей, как и я, одиноких Средь чуждых сердцам их людей. В мой кубок с вином льются слёзы, Но сладок и чист их поток; Так, с алыми — чёрные розы Вплелись в мой застольный венок. Мой кубок за здравье не многих, Не многих, но верных друзей, Друзей неуклончиво строгих В соблазнах изменчивых дней; За здравье и ближних далеких, Далёких, но сердцу родных, И в память друзей одиноких, Почивших в могилах немых. 1861 год. Из афоризмов Петра Андреевича Вяземского, которые до сих пор остры: «России суровость законов умеряется их неисполнением». «У нас самодержавие значит, что в России все само собою держится.» «Чтоб более меня читали, //Я стану менее писать!» «Беда иной литературы заключается в том, что мыслящие люди не пишут, а пишущие не мыслят.» Пётр Андреевич Вяземский неординарная личность с яркой судьбой насыщенной событиями. Прославился как поэт, критик, дипломат, был одним из первых журналистов и даже издавал журнал. Его эпиграммы и афоризмы вошли в историю. Родился 12 (23) июля 1792 года в Москве в семье сенатора, нижегородского и пензенского генерал-губернатора князя А. И. Вяземского. Отец был строг к нему, сам Пётр Андреевич позже признался, что скорее боялся его, чем любил. В 15 лет отца не стало и фактически опекой и образованием его занимался Н. М. Карамзин, которого Пётр Андреевич называл вторым отцом. Однако, когда настало время взрослеть он пристрастился к картам и в полгода проиграл около полумиллиона рублей, был вынужден продать отцовский дом на Волхонке. В 1811 году наш герой женился на Вере Федоровне Гагариной. И здесь не обошлось без проявления характера его. Есть такой рассказ об этом. «Началось все с невинной шутки: на шумной вечеринке некая барышня сказала, что в современных юношах иссякло рыцарство, и бросила в пруд башмачок, чтобы увидеть, достанет ли кто? Его достал Вяземский, но к вечеру слег с высокой температурой. У него оказалось тяжелое воспаление легких. Дочь хозяйки дома, где он лежал больным, княжна Вера Гагарина, нежно ухаживала за ним. Мать ее обнаружила на подушке у Вяземского часы дочери и гневно объявила, что тот как честный человек обязан жениться.» Семейные узы оказались крепкими, от их брака появилось восемь детей. Вот только одно обстоятельство огорчает, только один Павел пережил своих родителей. В 1812 году он добровольно вступил в 1-й Конный Казачий полк графа Дмитриева-Мамонова, впоследствии стал адъютантом Милорадовича. Во время Бородинского сражения рядом с ним ядром раздробило ногу генералу Бахметеву. Вместе с несколькими рядовыми Пётр Андреевич уложил его на свой плащ и вывез из-под огня. За что был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени с бантом. В 1825 году после выхода в отставку, герой наш по предложению Николая Полевого взялся издавать журнал «Московский телеграф», довольно популярное издание того времени. В декабристих обществах он состоял, но царь не верил в это. Тем временем Фаддей Булгарин, желавший устранить конкурентов, стал писать на Полевого и Вяземского доносы в Третье отделение; с бумагами ознакомили императора, предубежденного к Вяземскому. Он оставляет журнал, но и это не помогает, тогда он обращается за защитой к самому императору от клеветы и это помогает. Его знакомство с Пушкиным первоначально было заочно. Прочитав его стихи он писал Батюшкову: «Что скажешь о сыне Сергея Львовича? чудо, и все тут. Его Воспоминания скружили нам голову с Жуковским. Какая сила, точность в выражении, какая твердая и мастерская кисть в картине. Дай Бог ему здоровия и учения, и в нем будет прок, и горе нам. Задавит каналья!». Вплоть до смерти поэта они были дороги друг другу, близки во взглядах, мыслях и влечениях. А дальше, дальше начались утраты и горечи...